Сочинение: Роль пейзажа в романе Тургенева «Отцы и дети»

Роль пейзажа в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети»

В истории русской литературы не было, пожалуй, другого такого крупного писателя, как Иван Сергеевич Тургенев, кто бы так искренне, самозабвенно и нежно любил природу родного края и так полно, разно­сторонне отразил ее в своем творчестве. Он не мыслил жизни без общения с природой. «Как чудесно бродить по аллеям старого деревенского сада, пропитанного сельскими ароматами, полного земляники, птиц, лучей солнца и теней; все точно дремлет в нем, а кругом колышутся двести де­сятин ржи! Застываешь в каком-то глубоком необъяснимом ощущении — животном и божественном в одно и то же время. А очнешься, точно об­данный какой-то живительной струей, и опять входишь в обычную ко­лею», — писал Тургенев знаменитому французскому писателю Гюставу Флоберу. Многие годы своей жизни великий писатель провел за грани­цей в разлуке с Россией. В последние годы жизни, живя во Франции, он сильно страдал не только из-за болезни, но еще и потому, что не мог по­бывать в своем Спасском-Лутовинове, не мог посидеть под сенью его те­нистых дубов, побродить по его бескрайним полям и лугам, где он вды­хал аромат цветущих трав, не мог почувствовать неуловимую игру кра­сок осеннего леса и послушать переливы соловьиного пения, восторжен­но полюбоваться вечерней зарей. «Когда вы будете в Спасском, — писал он своему другу, известному русскому поэту Я. Полонскому, — поклони­тесь от меня дому, саду, моему молодому дубу, — родине поклонитесь…» Здесь он черпал вдохновение и обретал силы для своего творчества. С гро­мадной художественной силой и глубиной отразил И.С. Тургенев всю не­яркую и неброскую красоту русской природы средней полосы.

Гармоничность и нежность тонов, умелое и тонкое сочетание света и тени характеризуют тургеневскую манеру и в обрисовке человека, и кар­тин природы, которую он изображает с точностью ученого-естествоиспы- тателя. Виртуозно связывает художник свои дивные пейзажи с настрое­нием человека, с его духовным обликом. Функция пейзажа у Тургенева необыкновенно разнообразна: то пейзаж оттеняет душевное состояние героя, то несет социальную функцию, то пейзажная зарисовка пронизы­вается философскими размышлениями.

В романе «Отцы и дети» Тургенев остается непревзойденным масте­ром пейзажной живописи. Поражает, как мог не заметить этого совре­менник Тургенева критик М. Антонович, высказав писателю такой уп­рек: «…новое произведение г. Тургенева крайне неудовлетворительно в художественном отношении… в новом произведении г. Тургенева… нет художественных изображений картин природы… В «Отцах и детях» он скупится на описание, не обращает внимания на природу…».

В романе «Отцы и дети» множество прекрасных описаний природы, которыми «нельзя не залюбоваться». Через весь роман тянется невиди­мая нить. Эта нить — смена времен года. «Отцы и дети» как бы случай­но начинаются весной, а заканчиваются описанием прекрасного зимнего вечера. Но, как мы знаем, у таких мастеров слова, как Тургенев, не бы­вает ничего случайного. Каждый пейзаж имеет свое значение, свою сим­волику, тайный смысл.

Весна… Вокруг все стремится к обновлению, каждая травинка тянет­ся к жизни, к свету: «…весна брала свое. Все кругом золотисто зеленело, все широко и мягко волновалось и лоснилось под тихим дыханием теп­лого ветерка…» Это одна из тех блистательных картин, которые соста­вили славу Тургенева-пейзажиста: тончайшие нюансы цветовой гаммы («золотисто зеленело», «нежная зелень», «слегка побелевшая рожь», «дымчатые волны»), природа не застывшая, а полная движения и жиз­ни. Весь пейзаж создает ощущение поразительной гармонии, нет ни од­ной детали, омрачающей радостно ликующее настроение от весенней пробудившейся природы. Картина весеннего пробуждения отвлекла Ар­кадия от мрачных размышлений о бедности и скудости жизни крепост­ной деревни, от тяжкого долга решать, каким путем совершать необхо­димые преобразования. Он вспомнил, что молод, что жизнь только начи­нается, «сбросил шинель и так весело, таким молоденьким мальчиком посмотрел на отца, что тот опять его обнял». Так начинается сближение несколько отдалившихся друг от друга отца и сына. И в этом им помогло ощущение слияния с красотой мира природы. Кроме того, эта сцена сра­зу показывает отличие Аркадия от Базарова в отношении к природе. Для Базарова она «не храм, а мастерская», для Аркадия, как и для Ни­колая Петровича, она прежде всего «храм», ибо в ней они ищут гармо­нию души, а уже потом решают, какая от нее будет «польза».

Этому пейзажу предшествует другой, однообразный, мрачный, безна­дежный, но тоже весьма символический: «Места, по которым они проез­жали, не могли назваться живописными…» Этот пейзаж не только не радует воображения, от него «сжимается сердце». Он отражает оскуде­ние и упадок русской деревни, напоминающей «призрак безотрадной бесконечной зимы с ее метелями, морозами и снегами». Обращают на се­бя внимание оценочные эпитеты, усиливающие тягостное впечатление от увиденного: кустарник — «редкий и низкий», плотины — «худые», избенки «низкие», «с темными, до половины разметанными крышами», сарайчики — «покривившиеся», гумна — «опустелые», церкви — «с от­валившейся кое-где штукатуркою», кладбища — «разоренные», дере­вья — и те «с ободранной корою и обломанными ветвями…» Роль этого пейзажа — социальная. Для такого пейзажа характерно не изображение многокрасочной жизни природы, а преобладание тускло-серой цветовой гаммы. Цель художника — отобрать в природе лишь то, что прямо или косвенно связано с условиями жизни человека. Вполне закономерно де­лает Аркадий из увиденного такой вывод: «…небогатый край этот, не поражает он ни довольством, ни трудолюбием; нельзя, нельзя ему так остаться, преобразования необходимы…» От этого пейзажа идет ниточ­ка к одной из основных проблем, поставленных в романе: к спорам «от­цов и детей» о том, как «приступить» к преобразованиям, как их «ис­полнить». Путем постепенных реформ или путем революции («сперва нужно место расчистить»)?

Описание поместья Кирсановых дается скупо, как-то скороговоркою, мимоходом. «Базаров в несколько минут обегал все дорожки сада» и сде­лал вывод: «местечко-то неказисто». И выбор места для усадьбы, и пруд с небольшим количеством воды, и плохо принявшиеся молодые деревца, и «солонковатые» колодцы — все это свидетельствует о непрактичности хозяев, о кризисе помещичьего уклада. «Одна только беседка сиреней и акаций порядочно разрослась» и оставляет хоть какую-то надежду на будущее возрождение запущенного хозяйства.

Итак, начало романа, завязка всех нитей сюжета происходит весной. Кульминация же приходится на лето. Все важнейшие эпизоды жизни Базарова описаны на фоне расцветающего лета: приезд к Одинцовой в Никольское, объяснение в любви (на фоне дивной летней ночи), дуэль с Павлом Петровичем, первый приезд к родителям. И первое серьезное столкновение с Аркадием происходит в жаркий полдень: «Солнце жгло из-за тонкой завесы сплошных беловатых облаков. Все молчало, одни петухи задорно перекликались на деревне… да где-то высоко в верхушке деревьев звенел плаксивым призывом немолчный писк молодого ястреб­ка. Аркадий и Базаров лежали в тени небольшого стога сена, подостлав­ши под себя охапки две шумливо-сухой, но еще зеленой и душистой тра­вы». (Как сочно это описано! Так и тянет поваляться в этой «шумливо­сухой» траве вместе с героями!)

Интересен этот эпизод еще и тем, что здесь Базаров единственный раз высказывает романтическое отношение к природе. Оказывается, он не всегда считал, что «природа не храм, а мастерская». В детстве у него то­же был свой «храм уединения» — «осина на краю ямы, оставшейся от кирпичного сарая», так вот эту осину и яму он считал своим талисма­ном, ему здесь никогда не было скучно. Вообще-то, конечно, весьма своеобразное, символическое дерево — осина, да и яма… (Может быть, и этим пейзажем Тургенев на что-то в Базарове смутно намекает…)

Яростный спор Аркадия и Базарова, едва не закончившийся дракой, — первая трещина в их отношениях — происходит в «идиллической обстановке». Дисгармония в их отношениях контрастна гармо­нии природы. Есть в этой сцене и едва уловимый намек на ранний уход Базарова из жизни: сухой кленовый лист, полет которого Аркадий срав­нивает с полетом бабочки (тоже символ мимолетности жизни), падает с еще живого, полного сил дерева в разгаре лета. «Не странно ли? Самое печальное и мертвое — сходно с самым веселым и живым», — говорит Аркадий. Базаров грубо обрывает его знаменитой фразой: «Не говори красиво».

Или вот утро перед дуэлью Павла Петровича Кирсанова и Евгения Ба­зарова: «Утро было славное, свежее, маленькие пестрые тучки стояли барашками на бледно-яркой лазури; мелкая роса высыпала на листьях и травах, блистала серебром на паутинках». Какая благодать! Жить бы и радоваться, наслаждаясь этим чудом жизни. Но герои пришли стрелять­ся «по идейным соображениям», и вскоре пролилась настоящая кровь. Острое чувство неловкости охватило обоих дуэлянтов не только из-за не­лепости поединка, но еще оба, видимо, ощутили более остро свою неле­пость на фоне гармонии окружающего мира. А вот другой герой, о кото­ром И. С. Тургенев в одном из своих писем сказал: «Николай Петро­вич — это я…» Сорокачетырех летний отец Аркадия живет обыденной, внешне неинтересной, но глубоко духовной жизнью. Жизненная сила в Николае Петровиче постоянно обновляется именно тем, что он ощущает себя сыном и отцом, чья жизнь включена в общую цепь поколений. Это так же старо и так же неисчерпаемо, как смена времен года, это залог вечного обновления жизни. Ведь не случайно же он — единственный из главных героев романа — оставляет после себя наследников.

Его больше всех ранит нигилистическое отношение Базарова и ему подобных к искусству, природе: «Но отвергать поэзию? — подумал он опять. — Не сочувствовать художеству, природе?..» Сам Николай Пет­рович находится с природой в гармонических отношениях, он ищет в ней утешения, поддержки в тягостные минуты жизни, он не может по­нять, как можно «не сочувствовать природе». Вся одиннадцатая гла­ва — это изумительные, дивные деревенские пейзажи, которые подчер­кивают элегическое состояние души Николая Петровича: он «не мог ре­шиться войти в дом, в это мирное и уютное гнездо, которое так привет­ливо глядело на него всеми своими освещенными окнами; он не в силах был расстаться с темнотой, с садом, с ощущением свежего воздуха на ли­це и с этой грустию, с этой тревогой…» Природа для Николая Петровича как родная мать, которая поддержит и ободрит в трудную минуту и с восторгом разделит радость. «Как хорошо, Боже мой!» — восклицал он, любуясь чудесным летним вечером, и «продолжал предаваться горест­ной и отрадной игре одиноких дум».

Критик Н. Н. Страхов, с моей точки зрения, наиболее верно оценив­ший роман «Отцы и дети» как роман «всегдашний», утверждал, что та­лант Тургенева-живописца не только не увял в «Отцах и детях», но и расцвел с новой силой: «Не будем говорить здесь об описании природы, которую так трудно описывать и на описание которой Тургенев такой мастер… Небо, воздух, поля, деревья, даже лошади, даже цыплята — все схвачено живописно и точно».

Ему же (Н. Н. Страхову) принадлежит мысль о том, что в романе Ев­гению Базарову противопоставлены не какие-либо герои, а сама жизнь, т. е. природа. Особенно отчетливо прослеживается это в финальном пей­заже романа — описании одинокой могилы главного героя, которое зву­чит как реквием. В творении И. С. Тургенева мы увидели зарождение жизни, расцвет и гибель. Как тяжело и невыносимо порой от полуденно­го зноя, так тяжело на душе читателя от смерти Евгения Базарова. Но все рано или поздно проходит, ибо мудра и благодетельна в своем спо­койствии «равнодушная природа», которая напоминает человеку о «веч­ном примирении и о жизни бесконечной».

Два пейзажа, обрамляющие эпилог, подводят итог философским раз­думьям автора о вечной смене поколений, о предназначении человека и о великой тайне природы, не подчиняющейся теориям, и о вечном при­мирении. Непередаваемое обаяние тургеневских пейзажей, их проник­новенный лиризм, психологизм и философская глубина не имеют себе равных в нашей литературе. Это признавал даже такой строгий и взы­скательный художник, как Л. Н. Толстой, который в письме А. А. Фету признавался: «Одно, в чем он мастер такой, что руки отнимаются после него касаться этого предмета, — это природа».

Здесь искали:

  • роль пейзажа в романе отцы и дети
  • роль пейзажа в романе тургенева отцы и дети
  • сочинение на тему роль пейзажа в романе тургенева отцы и дети
Опубликовано в Сочинения.