Сочинение: Язык и стиль романа «Евгений Онегин» Пушкина

«Собранье пестрых глав». Язык и стиль романа «Евгений Онегин» А.С. Пушкина

А.С. Пушкин стал великим преобразователем русского лите­ратурного языка. На основе живой русской речи он стремился создать «язык общепонятный». В своих художественных произ­ведениях поэт стремился к тому, чтобы словесные средства язы­ка строго соответствовали изображаемому им миру: эпохе, ха­рактерам героев, их быту. И это соответствие мы находим в рома­не в стихах «Евгений Онегин».

Сам поэт назвал роман «собраньем пестрых глав» в посвяще­нии Плетневу. Это высказывание поэта справедливо и по отно­шению к языку романа «Евгений Онегин». В произведении пред­ставлены самые разнообразные элементы лексики, средства ху­дожественной выразительности.

Так, в первой главе, знакомя читателя со своим героем, автор использует стиль светской речи. Здесь мы находим много инос­транных слов («боливар», «панталоны», «фрак», «жилет», «сплин», «денди»); непереводимые заимствования («roast-beef»); книжные выражения («отступник бурных наслаждений»); реминисценции из греко-римской мифологии («Фобласа давний ученик», «по­добный ветреной Венере», «Дианы грудь, ланиты Флоры», «нож­ка Терпсихоры», «лобзать уста младых Армид», «обоих ожидала злоба слепой Фортуны и людей»).

Характеризуя Ленского, автор передает все особенности язы­ка романтической поэзии: «Он с лирой странствовал на све­те», «поэтическим огнем душа воспламенилась в нем». Пере­давая мысли юного поэта перед дуэлью, А.С. Пушкин исполь­зует витиеватые метафоры, развернутые сравнения, книжные выражения:

Он мыслит: «Буду ей спаситель,

Не потерплю, чтоб развратитель Огнем и вздохов и похвал Младое сердце искушал,

Чтоб червь презренный, ядовитый Точил лилеи стебелек;

Чтобы двухутренний цветок Увял еще полураскрытый».

Отношение автора к этой речи и критическое осмысление поэтом романтического стиля передано в ее своеобразном «пе­реводе» мыслей Ленского:

Все это значило, друзья:

С приятелем стреляюсь я.

С большой теплотой пишет А.С. Пушкин о своей любимой героине — Татьяне. Здесь мы часто встречаем эпитет «милая»: «Я так люблю Татьяну милую мою», «Татьяна, милая Татьяна», «и меркнет милой Тани младость». Рассказывая о ее любви и подчеркивая романтический характер этого чувства, поэт исполь­зует эпитеты и метафоры: «пьет обольстительный обман», «ты пьешь волшебный яд желаний», «ланиты мгновенным пламе­нем покрыты».

Татьяна пишет письмо Онегину по-французски. Однако в нем раскрывается душа русской девушки: «по сердцу я нашла бы дру­га», «к моей несчастной доле хоть каплю жалости храня». Бли­зость речи Татьяны к народной ощущается и в разговоре с няней.

В главах, посвященных описанию деревенской жизни, поэт часто использует живую разговорную речь, просторечие. Такова в романе речь няни Татьяны, речь ключницы Анисьи и разгово­ры старушки Лариной.

В лирических отступлениях автор делится с читателем свои­ми мыслями о поэзии, литературных стилях. Поэтому в романе много литературных терминов: «мадригал», «ямб», «хорей», «эпиграфы», «эпиграммы». Воссоздавая единый образ своей эпо­хи, также поэт размышляет о науках, искусстве, театре. В романе часто встречаются литературные, артистические, научные име­на: Дидло, Истомина, Гомер, Феокрит, Адам Смит, Шаховской, Ричардсон, Руссо, Гердер, Манзони, Фонтенель, Тиссо. Все это создает определенный историко-культурный контекст, энцик­лопедизм романа, что было отмечено В.Г. Белинским.

Отметим также наличие в романе архаизмов: «алчны», «ла­ниты», «алкало», «отроковицы», «очи», «уста», «в персях», «веле­речивый». Есть у А.С. Пушкина и морфологические архаизмы: «своевольство», «древес». Находим в романе и синтаксические архаизмы — архаизмы управления: «Бежал он их беседы шум­ной», «Ее постели сон бежит», «Журналов вняв молящий глас». Также в произведении встречаются славянизмы: «хладного», «умиленным», «упоенный», «бразды».

Роман написан «онегинской строфой». Это 14 стихов четы­рехстопного ямба: 3 четверостишья с различной рифмовкой (пе­рекрестной, смежной, кольцевой) и завершающие 2 строки со смежной рифмовкой. AbAbCCddEfTEgg(большие буквы — жен­ские рифмы, маленькие — мужские). В финале онегинской стро­фы Пушкин использует парную рифмовку — последние строчки отражаются друг в друге, замыкаются сами на себя. Ямб — раз­мер, близкий к живой разговорной речи, он позволяет поэту ве­сти живой, непринужденный разговор с читателем, «забалты­ваться донельзя», по выражению самого Пушкина.

Исследователи по-разному подходят к тол кованию строения онегинской строфы. Так, Томашевский считает, что эта строфа начинается тезисом, кратко формулирующим тему (первое чет­веростишье), продолжается развитием темы (второе и третье чет­веростишье) и заканчивается сентенцией. Поэт придавал боль­шое значение этому заключительному двустишию, выполняю­щему роль эмоционально заостренной точки (pointe), в виде из­речения, эпиграммы, шутки, меткого оборота: «И наши внуки в добрый час Из мира вытеснят и нас!»; «Простим горячке юных лет И юный жар и юный бред»; «Не всякий вас, как я, поймет; К беде неопытность ведет».

Стоит отметить, что Пушкин использует все возможности тогдашней рифмы: глагольные («забавлять» — «поправлять»), отглагольные существительные («творенье» — «уединенье»), омо­нимы («о том» — «том»), ассонансы («колеи» — «земли»), инос­транные слова рифмуются с русскими («et cetera»- «добра»).

Таким образом, языковая стихия «Евгения Онегина» очень разнообразна. Речь героев и самого автора становится средством характеристики, создает определенную историческую и культур­ную атмосферу, определяет энциклопедизм романа.

Здесь искали:

  • язык романа Евгений онегин
  • евгений онегин метафоры
  • индивидуальный стиль писателя в романе евгений онегин
Опубликовано в Сочинения.