Сочинение: Изображение мира чиновников в поэме «Мертвые души»

Поэма «Мертвые души»

Изображение мира чиновников в поэме Н.В, Гоголя «Мертвые души»

Общество чиновников губернского города обрисовано Н.В. Гоголем в поэме «Мертвые души» резко критически. Ис­следователи отмечали, что образы чиновников у Гоголя обезли­чены, лишены индивидуальности (в отличие от образов поме­щиков), имена их часто повторяются (Иван Антонович, Иван Иванович), фамилии же не указаны вовсе. Более подробно оха­рактеризованы автором лишь губернатор, прокурор, полицмей­стер и почтмейстер.

Чиновники губернского города не слишком умны и образо­ванны. С едкой иронией Гоголь говорит о просвещенности го­родских чиновников: «кто читал Карамзина, кто «Московские ведомости», кто даже и совсем ничего не читал». Речь этих пер­сонажей в поэме — это не что иное, как механическое повторе­ние слов, символизирующее их тугодумство. Все они не смогли распознать в Чичикове мошенника, считая его миллионщиком, херсонским помещиком, а затем капитаном Копейкиным, шпи­оном, Наполеоном, делателем фальшивых ассигнаций и даже Антихристом.

Эти люди далеки от всего русского, национального: от них «не услышишь ни одного порядочного русского слова», зато французскими, немецкими, английскими «наделят в таком ко­личестве, что и не захочешь…». Высшее общество поклоняется всему иностранному, забыв свои исконные традиции, обычаи. Интерес этих людей к национальной культуре ограничивается постройкой на даче «избы в русском вкусе».

Это общество, в котором процветает безделье, праздность. Так, при оформлении сделки купли-продажи крепостных крес­тьян потребовались свидетели. «Пошлите теперь же к прокурору, — замечает Собакевич, — он человек праздный и, верно, си­дит дома: за него все делает стряпчий Золотуха, первейший ха­пуга в мире. Инспектор врачебной управы, он также человек праз­дный и, верно, дома, если не поехал куда-нибудь играть в кар­ты…». Не менее праздными оказываются и остальные чиновни­ки. По словам Собакевича, «тут многие есть, кто поближе, Трухачевский, Бегушкин, они все даром бременят землю».

В мире чиновников царят грабежи, обманы, взятки. Эти люди стремятся хорошо пожить «за счет сумм нежно любимого ими отечества». Взятки — обычное дело в мире губернского города. Департамент иронически назван писателем «храмом Фемиды». Так, председатель палаты советует Чичикову: «…чиновным вы никому не давайте ничего… Приятели мои не должны платить». Из этого заявления мы можем сделать вывод о регулярных де­нежных поборах, осуществляемых этими людьми. Описывая оформление сделки его героем, Гоголь замечает: «Чичикову при­шлось заплатить самую малость. Даже председатель дал прика­зание из пошлинных денег взять с него только половину, а дру­гая неизвестно каким образом была отнесена на счет какого-то другого просителя». В этом замечании нам открывается то без­законие, которое царит в «присутственных местах». Интерес­но, что в первоначальной редакции это место в поэме сопро­вождалось замечанием автора: «Так уже исстари всегда води­лось на свете. Богатому ничего не нужно платить, нужно только быть богату. Ему и место дадут славное, и в ход пустят, и деньги останутся в шкатулке; платит только тот, которому нечем пла­тить».

Описывая губернаторскую вечеринку, Гоголь рассуждает о двух типах чиновников: «толстых» и «тоненьких». Существование первых «слишком легко, воздушно и совсем ненадежно». Вто­рые же «никогда не занимают косвенных мест, а все прямые, и уж если сядут где, то сядут надежно и крепко… уж они не слетят». «Тоненькие» в авторском представлении — щеголи и франты, увивающиеся возле дам. Они нередко склонны к мотовству: «у тоненького за три года не остается ни одной души, не заложен­ной в ломбард». Толстые же порой не слишком привлекательны, но зато «основательны и практичны», «истинные столпы общества»: «послуживши богу и государю», они оставляют службу и делаются славными русскими барами, помещиками. В описа­нии этом очевидна авторская сатира: Гоголь прекрасно представ­ляет, какова была эта «чиновничья служба», принесшая человеку «всеобщее уважение».

И первый, и второй тип проиллюстрированы у Гоголя образа­ми городских чиновников. Вот первый чиновник города — гу­бернатор. Это человек праздный. Единственное достоинство его сводится к умению вышивать по тюлю разные узоры. Вот полиц­мейстер, «отец и благодетель города», по-свойски хозяйничаю­щий в купеческих лавках. Полицмейстеру «стоит только миг­нуть, проходя мимо рыбного ряда или погреба», как ему тут же преподносят балыки и дорогое вино. При этом полиция наво­дит ужас на весь народ. Когда в обществе появляется слух о воз­можном бунте мужиков Чичикова, то полицмейстер замечает, что в предотвращение этого бунта «существует власть капитан- исправника, что капитан-исправник, хоть сам и не езди, а по­шли только на место себя один только картуз свой, то один кар­туз погонит крестьян до самого места их жительства». Это чи­новники «толстые». Но не менее критически обрисованы писа­телем и их «тонкие» собратья, к числу которых, к примеру, относится Иван Антонович, получивший взятку с Чичикова.

Писатель подчеркивает в поэме, что произвол и беззаконие царят в России не только на уровне провинциального города, но и на уровне государственной власти. Об этом Гоголь говорит в истории капитана Копейкина, героя Отечественной войны 1812 года, ставшего инвалидом и отправившегося просить помо­щи в столицу. Он пытался выхлопотать себе пенсию, однако дело его не увенчалось успехом: разгневанный министр под конвоем выслал его из Петербурга.

Таким образом, чиновники у Гоголя лживы, корыстны, рас­четливы, бездушны, склонны к мошенничеству. Гражданский долг, патриотизм, общественные интересы — эти понятия чуж­ды для чиновников города NN. По мысли автора, «эти блюсти­тели порядка и законности» — такие же «мертвые души», как и помещики в поэме. Вершиной сатирического разоблачения Гоголя является картина всеобщего смятения, охватившего городское общество, когда поползли слухи о покупке Чичико­вым «мертвых душ». Тут чиновники растерялись, и все «вдруг отыскали в себе… грехи». «Словом, пошли толки, толки и весь город заговорил про мертвые души и губернаторскую дочку, про Чичикова и мертвые души, про губернаторскую дочку и Чичико­ва, и все, что ни есть, поднялось. Как вихорь взметнулся дотоле, казалось, дремавший город!» Писатель использует здесь прием гиперболы. Возможность государственных проверок в связи с афе­рой Чичикова до того напугала городских чиновников, что среди них началась паника, «город был решительно взбунтован, все пришло в брожение…». Закончилась эта история смертью про­курора, главного «блюстителя закона», и окружающие лишь после смерти догадались, что у него была «душа». И эпизод этот во многом Символичен. Это авторский призыв к героям, напоми­нание о суде божьем за все жизненные деяния.

Как отмечают исследователи, «в обрисовке Гоголем мира чи­новников можно обнаружить немало традиционных мотивов русских сатирических комедий. Эти мотивы восходят еще к Фон­визину и Грибоедову. Волокита, бюрократизм, чинопочитание, взяточничество… — традиционно высмеиваемое социальное зло. Однако приемы изображения у Гоголя иные, они близки к сати­рическим приемам Салтыкова-Щедрина». По точному заме­чанию Герцена, «с хохотом на устах» писатель «без жалости про­никает в самые сокровенные складки нечистой, злобной чинов­ничьей души. Поэма Гоголя «Мертвые души» представляет со­бой ужасную исповедь современной России».

Здесь искали:

  • образы чиновников в поэме мертвые души
  • как гоголь изображает в своей поэме российское чиновничество
  • чиновничий мир в поэме мертвые души
Опубликовано в Сочинения.